Индульгенция маркетплейсов пошатнулась: меч Фемиды в Постановлении КС РФ № 39-П расколол щит «информационного посредника»

Впервые статья опубликована на сайте ZIPDetect.

Мы все понимаем: эпоха, когда контрафакт продавался исключительно на рынках, ушла в прошлое. Сегодня главная «точка кипения» – это маркетплейсы. Скорость, с которой подделка попадает в корзину покупателя, исчисляется секундами, в то время как скорость реакции площадок на жалобы правообладателей по-прежнему исчисляется днями, неделями, а иногда и месяцами.

Одна из проблем, которую я хочу сегодня затронуть, заключается в опасном дисбалансе. С одной стороны, мы видим сверхтехнологичные площадки, которые используют нейросети для того, чтобы продать нам товар. С другой стороны, когда дело доходит до защиты интеллектуальной собственности, те же самые площадки внезапно становятся «простыми информационными посредниками», которые «не могут знать» о нарушениях и прячутся за пробелами в законодательстве.

Маркетплейсы часто используют статью 1253.1 ГК РФ как универсальную защиту, позиционируя себя в качестве «информационных посредников», стараясь избежать материальной ответственности за действия продавцов. Они утверждают, что не инициируют передачу материала и не могут знать о нарушениях, пока не получат решение суда.

В современных реалиях и правовой практике под термином «маркетплейс» подразумевается электронный ресурс, выступающий площадкой для публикации торговых предложений бизнеса неограниченному числу покупателей. Собственник данной платформы осуществляет её техническое и административное сопровождение, не являясь при этом прямым продавцом товаров. Ключевая функция оператора маркетплейса сводится к обеспечению работоспособности сайта и предоставлению контрагентам комплекса дополнительных услуг, таких как эквайринг, логистика и складское хранение.

Если говорить простыми словами, то маркетплейс – это интернет-витрина, которая помогает компаниям и предпринимателям показывать свои товары миллионам потенциальных клиентов. Сам владелец сайта торговлей не занимается: он лишь создает и развивает эту цифровую площадку. По сути, он выступает сервисным помощником для продавцов, беря на себя техническую поддержку, прием оплат, хранение грузов и доставку заказов.

Именно тот факт, что сам маркетплейс не осуществляет продажу товара, позволяет ему иметь статус информационного посредника, который позволяет ему нести ответственность лишь при наличии вины (в то время как все остальные участники предпринимательской деятельности отвечают независимо от вины).

Почему маркетплейсы прикрываются статусом информационного посредника

Информационным посредником в соответствии с легальным определением (пункт 1 статьи 1253.1 ГК РФ) являются следующие лица:

• лицо, осуществляющее передачу материала в информационно-телекоммуникационной сети, в том числе в сети «Интернет» (оператор связи и хостинг- провайдер);
• лицо, предоставляющее возможность размещения материала или информации, необходимой для его получения с использованием информационно-телекоммуникационной сети (интернет-платформы (видео, музыкальные, литературные и пр.), социальные сети, маркетплейсы);
• лицо, предоставляющее возможность доступа к материалу в этой сети (поисковые системы).

Так, информационный посредник не несет материальную ответственность при одновременном соблюдении следующих условий:

1. не знал и не должен был знать о том, что использование соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, содержащихся в таком материале, является неправомерным;
2. в случае получения в письменной форме заявления правообладателя о нарушении интеллектуальных прав своевременно принял необходимые и достаточные меры для прекращения нарушения интеллектуальных прав.

Вместе с тем к информационному посреднику в любом случае могут быть предъявлены требования о пресечении нарушения (пункт 4 статьи 1253.1 ГК РФ).

Факт того, является ли конкретное лицо информационным посредником, устанавливается судом с учетом характера осуществляемой таким лицом деятельности.

Бремя доказывания того, что материал, включающий результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, на сайте размещен третьими лицами, а не владельцем сайта и, соответственно, последний является информационным посредником, лежит на владельце сайта, интернет-платформы, мобильного приложения и т.д.

При рассмотрении дел, в которых ответчики ссылаются на наличие статуса информационного посредника, судам необходимо проверять:

• получил ли информационный посредник прибыль от деятельности, связанной с использованием исключительных прав других субъектов, которую осуществляли лица, пользующиеся его услугами;
• установлены ли ограничения объема размещаемой информации, ее доступности для неопределенного круга пользователей, наличие в пользовательском соглашении обязанности пользователя по соблюдению законодательства РФ при размещении контента и безусловного права провайдера удалить незаконно размещенный контент;
• отсутствие технологических условий (программ), способствующих нарушению исключительных прав, а также наличие специальных эффективных программ, позволяющих предупредить, отследить или удалить размещенные произведения;
• осуществлял ли информационный посредник переработку спорного материала.

Как возникла проблема злоупотреблений

К сожалению, установление для маркетплейсов специального статуса повлекло за собой множество различных злоупотреблений, выражающихся в затягивании сроков проверки жалоб правообладателей (более месяца). При этом маркетплейсы ссылаются на то, что для них законодательно не установлено конкретных сроков реагирования, в связи с чем рассмотрение жалоб правообладателей может длиться неделями, а в некоторых случаях месяцами. Даже при наличии очевидных признаков подделки (цена в 10 раз ниже рынка, сотни гневных отзывов), площадки часто бездействуют, перекладывая бремя доказывания исключительно на правообладателя. Пока идет проверка жалобы, продавец успевает распродать партию и «переехать» на новый аккаунт. Зачастую внутренние системы жалоб площадок работают непрозрачно: селлеры предоставляют поддельные контракты с правообладателями или сертификаты, а маркетплейс принимает их без глубокой проверки, считая свою обязанность выполненной, либо считает, что спор «слишком сложный» для их внутренней модерации, в связи с чем маркетплейс не хочет брать на себя ответственность за принятие решений о блокировке карточки.

Все это приводит к необходимости обращения правообладателя за судебной защитой, при том, что срок рассмотрения дел, только в суде первой инстанции составляет как минимум два месяца и то при условии, что иск подан в порядке упрощенного производства. Тогда как рассмотрение дел в порядке общего производства в среднем составляет 6-8 месяцев только в суде первой инстанции.

При этом вместо активного содействия объективному и всестороннему рассмотрения спора, например, путем представления сведений об объемах продаж на данной электронной площадке (товарных остатков); о периоде, когда осуществлялась деятельность, нарушающая права; о поставщиках контрафактных товаров – для установления цепочки поставок этих товаров и т.д., маркетплейсы абстрагируются от представления таких сведений, ссылаясь на отсутствие у них такой информации.

Дело «Мир Хобби» и позиция КС РФ

Такое положение вещей привело к тому, что ООО «Мир Хобби» обратилось в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой о проверке конституционности пунктов 1 и 3 статьи 1253.1 ГК РФ, в связи с обнаружившейся неопределенностью в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации оспариваемые заявителем законоположения, освобождающие информационных посредников от ответственности за нарушения интеллектуальных прав, допущенные третьими лицами при реализации товаров с использованием маркетплейса. Заявитель полагает, что оспариваемые нормы противоречат статьям 1 (ч. 1), 8 (ч. 1), 17 (ч. 3), 34 (ч. 2), 35 (ч. 1 и 2), 44 (ч. 1), 45, 46 и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации. По мнению ООО «Мир Хобби», на практике они позволяют признавать владельцев маркетплейсов информационными посредниками вопреки активному участию таковых в реализации товаров, а также предусматривают крайне низкий стандарт доказывания того, что владелец маркетплейса выполнил условия освобождения от ответственности.

16 июня 2026 года Конституционный Суд РФ провозгласил Постановление № 39-П по делу о проверке конституционности пунктов 1 и 3 статьи 1253.1 ГК РФ (далее – Постановление № 39П), постановив признать пункты 1 и 3 статьи 1253.1 ГК РФ не противоречащими Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования – позволяя признавать информационным посредником владельца маркетплейса (цифровой платформы), который наряду с деятельностью по предоставлению возможности размещения материалов (информации) в информационно-телекоммуникационной сети оказывает иные услуги по обеспечению работы этой электронной площадки.

Несмотря на это, Конституционный Суд РФ сделал ряд важных выводов, которые, по моему мнению, должны коренным образом повлиять на рассмотрение дел о нарушении интеллектуальных прав правообладателей, чьи права были нарушены, в связи с незаконным использованием объектов интеллектуальной собственности при введении товаров в гражданский оборот при их продаже через маркетплейсы. Разъяснения, данные в Постановлении Конституционного Суда РФ должны стимулировать владельцев маркетплейсов к более активному участию в пресечении нарушений интеллектуальных прав, а также оперативному и эффективному устранению допущенных нарушений.

Ключевые выводы Постановления № 39-П

Я хотел бы остановиться на следующих, на мой взгляд, наиболее важных выводах, изложенных в Постановлении № 39-П.

В первую очередь, стоит обратить внимание на вывод Конституционного Суда РФ о том, что даже признание лица, исходя из характера его деятельности, информационным посредником при отсутствии его вины само по себе не является абсолютным основанием для освобождения от ответственности за нарушение интеллектуальных прав.

Как было указано выше, в силу пункта 3 статьи 1253.1 ГК РФ для этого требуется одновременное выполнение ряда условий: в частности, это лицо не несет ответственности, если оно не знало и не должно было знать о том, что использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, содержащихся в материале, размещенном в информационно-телекоммуникационной сети, является неправомерным (подпункт 1). При этом значение имеет не только отсутствие сведений о неправомерности использования («не знало»), но и извинительное незнание об этом («не должно было знать»).

Да, заверение продавца товаров о том, что реализуемые им товары не нарушают интеллектуальных прав третьих лиц, позволяет презюмировать, что владелец маркетплейса не знал о неправомерности использования соответствующих объектов продавцом.

Вместе с тем способом опровержения этого заверения в целях констатации осведомленности владельца маркетплейса о том, что деятельность его контрагента нарушает интеллектуальные права третьего лица, может служить заявление (претензия) правообладателя, чьи права были нарушены.

Более того, вывод о том, что владелец маркетплейса должен был знать о неправомерности использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, содержащихся в размещенном на этом маркетплейсе материале, может быть сделан, например, когда продавец допускает неоднократные нарушения интеллектуальных прав на одни и те же объекты с использованием этого маркетплейса. В частности, если владелец маркетплейса ранее – по заявлению правообладателя или на основании решения суда по делу, участником которого он являлся, – принимал меры по пресечению нарушений интеллектуальных прав в отношении продавца, то при повторном нарушении этим продавцом интеллектуальных прав на те же объекты он не может ссылаться на отсутствие у него сведений о неправомерности соответствующего использования. В противном случае продавец получал бы возможность каждый раз после пресечения нарушения на маркетплейсе его владельцем возобновлять незаконную деятельность, нарушающую права правообладателя.

Конституционный Суд РФ обратил внимание на то, что одним условием освобождения информационного посредника от ответственности за нарушение интеллектуальных прав является своевременное принятие им необходимых и достаточных мер для прекращения этого нарушения. Основанием для такой реакции выступает получение в письменной форме заявления (претензии) правообладателя о нарушении интеллектуальных прав с указанием страницы сайта и (или) сетевого адреса в Интернете, на которых размещен такой материал.

Из подпункта 2 пункта 3 статьи 1253.1 ГК Российской Федерации следует, что указанное обращение должно исходить от правообладателя и содержать утверждение о нарушении его прав на конкретных страницах сайта, принадлежащего информационному посреднику. Между тем, как справедливо отмечено в Постановлении № 39-П, данная норма не регламентирует вопрос о том, обязан ли информационный посредник проверять обоснованность претензии с точки зрения наличия у ее подателя прав на соответствующий объект интеллектуальных прав и на предмет отсутствия у продавца оснований для легального использования этого объекта. Такой правовой подход согласуется позицией, судов применяемой при рассмотрении споров о нарушении интеллектуальных права, согласно которой истец должен подтвердить наличие у него исключительных прав на соответствующие объекты интеллектуальной собственности или средства индивидуализации и факт их использования ответчиком. На ответчика возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании спорных объектов.

Вместе с тем вывод о необходимости проверки означает, по сути, возложение на владельцев маркетплейсов функций арбитра, призванного, с одной стороны, пресечь нарушение интеллектуальных прав, а с другой – не допустить недобросовестного использования данного инструмента в противоречии с его предназначением.

Между тем, маркетплейсы какими-либо полномочиями по выяснению фактических обстоятельств не наделены. Это предопределяет некоторые особенности рассмотрения заявлений правообладателей, о которых также упомянуто в Постановлении № 39-П.

Так, в частности, Конституционным судом РФ указано, что, совокупность доказательств, представленных подателем заявления, должна prima facie (на первый взгляд) подтверждать наличие у него исключительных прав на соответствующий результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, для чего могут привлекаться любые доказательства, которые обычно используются с такой целью в суде. Нарушение же продавцом интеллектуальных прав подтверждается фактом подачи правообладателем обоснованной претензии совокупно с отсутствием доказательств легального использования соответствующего объекта, которые владелец маркетплейса обязан запросить у продавца, причем само по себе несогласие последнего с тем, что им допущено нарушение, обоснованности претензии не опровергает.

В случае обращения правообладателя с жалобой на нарушение его интеллектуальных прав маркетплейс приостанавливает размещение информации о таких товарах на срок, необходимый для обеспечения подателю заявления возможности защитить свои права в судебном порядке. При этом, признавая заявление обоснованным и осуществляя меры для прекращения нарушения интеллектуальных прав, владелец маркетплейса, по сути, констатирует не нарушение интеллектуальных прав, а наличие его признаков, что является аналогией принятия Московским городским судом обеспечительных мер защиты авторских и (или) смежных прав в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в Интернете (статья 144.1 ГПК РФ).

Если правообладатель в разумный срок не обратился в суд или в удовлетворении его требований судом отказано в связи с их необоснованностью, владелец маркетплейса и (или) продавец товара вправе потребовать возмещения убытков, понесенных ими в результате приостановления или прекращения размещения информации о товаре и, как следствие, его реализации посредством маркетплейса, от лица, по заявлению которого эти меры были приняты (за исключением случая, когда меры приняты в порядке исполнения определения суда об обеспечении иска). Данная мера предусмотрена на случай подачи правообладателями необоснованных жалоб, по сути направленных не на восстановление нарушенного права, а на воспрепятствование деятельности конкурента, что представляет собой одну из форм злоупотребления правом и акта недобросовестной конкуренции.

Конституционный Суд РФ также обратил свое внимание на ситуации, при которых правообладатель может требовать от маркетплейса бессрочного прекращения размещения информации о товарах и их реализации при нарушении его права, если последующее обращение в суд с требованием о защите прав невозможно или затруднительно (например, если компетентный суд расположен в иностранном государстве или в результате деятельности продавца на маркетплейсе допускаются неоднократные нарушения прав одного и того же правообладателя – даже если они пресекаются по его заявлению владельцем маркетплейса).

Ситуация с тем, что компетентный суд расположен в иностранном государстве не является редкостью, в связи с большим количеством на маркетплейсах продавцов из стран СНГ и Китая, с которыми крайне сложно, долго и дорого вести судебные споры. Такие продавцы зачастую при регистрации на маркетплейсах указывают недостоверную информацию о себе, а у маркетплейса, не имеющего доступа к торговым реестрам иностранных государств, нет возможности проверить актуальность и правильность информации о продавце, что в случае инициирования правообладателем судебного спора на территории Российской Федерации исключает возможность удовлетворения требований к такому нарушителю, поскольку суд не может его идентифицировать и уведомить надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Например, в деле № А40-116653/24 было установлено, что в карточке товара есть раздел ПРОДАВЕЦ (при наведении курсора мышки на значок «i» в открывшемся окне автоматически отображается), где «продавец» называется ТЮЛЬПАНЫ –Xixianxinquqinhanxinchengchibeilongbaihuodian shanxishengxianyangshiweichengqu CN, Xianyang, т.е. не указано коммерческое наименование продавца, нет реквизитов (ИНН, ОГРН и юридического адреса). Суд, разрешая вопрос о привлечении продавца к участию в деле в качестве ответчика, в его удовлетворении отказал, указав, что истцом не доказано наличие признаков процессуального соучастия (продавца и маркетплейса), предусмотренных частью 2 статьи 46 АПК РФ. Кроме того, ходатайство не содержит предусмотренных пунктом 3 части 2 статьи 125 АПК РФ сведений об ответчике, привлечь которого просит истец.

Стоит также отметить, что в случае отклонения жалоб правообладателей маркетплейсы обычно никак или очень поверхностно мотивируют свой отказ. Теперь в согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении № 39-П, при явной необоснованности заявления владелец маркетплейса не лишен возможности отказать в принятии испрашиваемых мер. Однако в этом случае он обязан направить подателю заявления письменный ответ с указанием мотивов своего решения, а последний при несогласии с отказом вправе обратиться в суд с требованием о привлечении владельца маркетплейса к ответственности за нарушение интеллектуальных прав.

Между тем, маркетплейс должен учитывать то, что, рассмотрев данное требование, суд вправе отказать в освобождении владельца маркетплейса от ответственности, если признает его отказ правообладателю необоснованным.

Конституционный Суд РФ справедливо обратил внимание на то, что ни у правообладателей, ни у продавцов, ни у маркетплейсов нет понимания о том, какие меры считать необходимыми и достаточными и в какие сроки их осуществлять, в связи с чем это решается владельцами маркетплейсов самостоятельно. В судебной практике единый подход также отсутствует. Такая правовая неопределенность приводит к тому, что одни суды ориентируются на часть 6 статьи 157 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», которой установлена обязанность владельца интернет-сайта удалить указанную в заявлении правообладателя информацию в течение 24 часов с момента получения заявления или уточненных сведений. Другие суды опираются на позицию, согласно которой своевременность мер оценивается в каждом деле с учетом его обстоятельств, и признают данное требование выполненным и в более длительные сроки.

Вместе с тем Конституционный Суд РФ внес некоторую ясность в эти вопросы, указав на то, что в любом случае попытки владельца маркетплейса ссылаться на своевременность мер, которые в отсутствие препятствий, обусловленных поведением правообладателя, были приняты уже после обращения правообладателя в суд, не только вступают в противоречие с целями данного законоположения, но и ставят под сомнение нейтральность владельца маркетплейса по отношению к допущенному нарушению.

Более того, ранее правообладатели часто сталкивались с проблемой получения от продавца и маркетплейса сведений, необходимых для объективного и всестороннего рассмотрения дела, таких как количество и стоимость контрафактного товара, период незаконного использования, сведения о поставщиках контрафактных товаров и т.д. Несмотря на удовлетворение судами ходатайств истца об истребовании доказательств, продавцы, заинтересованные в конфиденциальности подобных сведений, по понятным причинам их не предоставляли, но и маркетплейсы, по сути обязанные сохранять в таком споре нейтралитет и обязанные неукоснительно исполнять требования, игнорировали их или ссылались на то, что они не могут идентифицировать спорный товар, предоставив по нему необходимые сведения.

Ситуация с неисполнением определений судов об истребовании доказательств начала меняться некоторое время назад, когда Суд по интеллектуальным правам, отменяя судебные акты нижестоящих судов и направляя дела на новое рассмотрение указывал на противоречивые процессуальные действия судов первой инстанции, истребовавших у маркетплейса необходимые для разрешения спора доказательства, а потом рассматривавшие споры в отсутствие таких доказательств. Суд кассационной инстанции напомнил нижестоящим судам о наличии процессуальной возможности у арбитражного суда получить истребованные доказательства, а также применить санкции за их непредоставление, предусмотренные частью 9 статьи 66 АПК РФ, которые суд мог, но не применил в данном деле по отношению к владельцу маркетплейса.

Конституционный Суд РФ в этом вопросе также не остался в стороне, указав на то, что, если маркетплейс игнорирует запрос суда о предоставлении необходимых для правильного рассмотрения спора сведений помимо риска подвергнуться публично-правовой санкции также поведение владельца маркетплейса может служить предпосылкой для вывода о его заинтересованности в сокрытии нарушения и, следовательно, для отказа в освобождении его от ответственности на основании статьи 1253.1 ГК РФ.

Вывод

В целом, анализ Постановления № 39-П показывает, что Конституционный Суд РФ учел наиболее острые и болезненные моменты, с которыми сталкиваются правообладатели, защищающее свои интеллектуальные права, а также учел тонкие места в законодательстве, при помощи которых маркетплейсы получали возможность при очевидном бездействии по борьбе с нарушениями уходить от ответственности. Очень хочется верить, что Постановление № 39-П наряду с Федеральным законом от 31.07.2025 № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации», который вступает в силу 01.10.2026, станут крепкой основой для урегулирования правоотношений между правообладателями, маркетплейсами и продавцами в вопросах, связанных с использованием объектов интеллектуальной деятельности, а у судов появится четкое понимание, когда маркетплейс действительно был в роли информационного посредника, а в какой ситуации он своим статус злоупотребил или в принципе бездействовал, в связи с чем должен быть привлечен к ответственности наряду с продавцом контрафактного товара.

В завершение своей статьи я хотел бы сказать, что контрафакт в интернете – это проблема не одного бренда или одной страны, это вызов всей цифровой экономике. Эффективная борьба с контрафактом возможна только при переходе от ручных жалоб к автоматизированному контролю и законодательному закреплению ответственности всех участников электронной торговли, включая маркетплейсы. В противном случае мы будем продолжать бороться с последствиями, а не с причиной.

Впервые статья опубликована на сайте ZIPDetect.